ГоловнаСтаттіТекстиПерекладНовини
ТемаАкціїМистецтвоЛінкиГазетаРедакція
Тоні Неґрі: «Будувати іншу сучасність» - ПРОSTORY - український літературний журнал Тоні Неґрі: «Будувати іншу сучасність» Газета сайта ПРОSTORY №1: Смерть переводчика - ПРОSTORY - український літературний журнал Газета сайта ПРОSTORY №1: Смерть переводчика Реванш «правої руки» держави - ПРОSTORY - український літературний журнал Реванш «правої руки» держави
Друкувати

Райнхард Йиргль: Собачьи ночи

Посвящается всем пустыням

.....отъять руки ото всего......
Готфрид Бенн
ЧАСТЬ ПЕРВАЯ


–!Никто больше не ступит в эту руину. !Ничто не заставит кого-то отважиться на Такое хотя бы еще 1 раз. Издалека уже в очередном местечке заметил я толпу. И с удивлением сразу услышал это обращение; только 1 это изо всего, что болтливые жители поселка, похожие на вспугнутых, мечущихся туда&сюда гогочущих уток, хотели нам сообщить. Бульдозер, в котором я сидел, а также все прочие строительные & мусороуборочные машины, с которыми мы явились в это Богом&дьяволом забытое место в бывшей пограничной полосе, производили столько шума, что мы не расслышали ничего другого из криков, которые эти люди сопровождали бурной жестикуляцией, будто хотели стереть написанные в воздухе знаки или разогнать незримые рои насекомых; видимо, нам давали понять, что от нашего намерения – снести все руины & потом разровнять данный участок земли – лучше сразу же, не-сходя-с-места, отказаться. Возможно, они сразу заметили трех иностранцев в нашей колонне, беженцев, албанцев из Косово, а здесь чернорабочих, и сгоряча решили, что все=мы, как и те, – иностранцы, что мы понимаем только примитивные жесты и окрики –. Как бы то ни было, они не переставали кричать & махать руками, даже еще больше расшумелись, словно хотели нас от чего-то ?предостеречь, а потому наши водители один за другим выключили моторы, вылезли из кабин и подошли к этим ненормальным, у которых, похоже, не было иных забот, кроме как в страшном возбуждении, натыкаясь друг на друга, перебегать с места на место, отравлять своими криками тишину & к тому же еще шевелить передними конечностями, отчего толпа напоминала гигантское, упавшее на спину насекомое. –:?Предостережение, допустим, но от ?чего: ?Почему так беспокоит их эта горстка руин, в прошлом конюшен, сараев, жилых домов, многие из которых уже в ту пору, в период принудительной эвакуации отсюда, очень мало напоминали человеческое жилье, и вообще, это так называемое «местечко» уцелело в перипетиях Тридцатилетней войны, наполеоновских походов и вторжения Красной армии только по 1 причине – потому что все=эти армии попросту не нашли его, это местечко, тонувшее в зарослях кустарника & защищенное лесом, будто оберегающим объятием огромных рук; И только когда здесь появились войска восточнонемецкого бюрократического режима, которые 2жды наново прокладывали границу между Германией и Германией в ходе операций Вредители и Василек , – только тогда наконец и это местечко удалось изничтожить, всего за 8 лет, причем куда радикальнее, чем за восемь столетий разрушила его всякая прочая солдатня; развалюхи, превратившеся в руины, остатки тридцать-лет-назад эвакуированного поселка посреди хаоса запустения, схваченные вьющимися растениями, древесной порослью, ползучими усиками & кустами – будто медленно, бесконечно медленно сжимающейся в кулак рукой; цветки бузины в темноте, бледные ногти&когти на лапах растительных существ, которые с невообразимым терпением, как все растения, ждут исчезновения времени, с самого начала удерживавшего их, растения, в плену своих чар, – ждут, чтобы в то мгновение, когда эти оковы спадут, где-то в другом месте, куда окажется заброшенной такая разновидность жизни, со свойственным всем растениям хлорофильным терпением дать шанс всему уже искорененному, отброшенному & изничтоженному начаться с-самого-начала, еще 1 раз – :?Что же неладно с этим еще в незапамятные годы, еще в эпоху расцвета восточных диктатур разрушенным поселком посреди напитанного всеми мыслимыми смертями ландшафта –:Так, несомненно, думали и другие рабочие, или: не столько думали, сколько, если выражаться точнее, именно такое представление, пусть и не облеченное в слова, каменной тяжестью отягощало их сознание, когда они выступили из тени своих громоздких машин & вразвалочку, О-образными шагами, двинулись к возбужденной толпе.

Собственно, никто из нас не рассчитывал встретить здесь людей. Бывшей приграничной территории & полосы смерти люди, как правило, избегали, вплоть до сего дня, и не только потому, что в песке наверняка..... еще скрывались мины. Дело обстояло так, будто давний запрет на проникновение в эту часть мира все еще существовал, как и непосредственная угроза смерти, – словно и после исчезновения границы эта аура смерти сохранялась, впечатанная каленым клеймом в отравленный песчаный ландшафт, как в человеческий мозг, чтобы ее влияние, которое в старые времена назвали бы проклятьем, продолжалось и впредь И было тем более неотвязным, чем больше реальная угроза умирания будет погружаться в глубины истории & в ее, истории, ил.....

1 день выделила наша строительная фирма, чтобы мы всё здесь снесли, чтобы собрали & вывезли мусор, а потом разровняли участок – обычная рутинная работа, объяснили нам, которая делается очень быстро, – Вся эта рухлядь сама рассыплется, как только вы !приблизитесь к ней – С такой работой даже новенький справится. Под «новеньким» имели в виду меня.

Я был одним из последних, кто подошел к группе местных жителей, столпившихся у входа в 1 руину & споривших с рабочими. Казалось, эти люди из ближайшего поселка еще задолго до нашего появления собрались здесь=снаружи, причем не в 1ый раз, чтобы распространять вокруг себя, словно клубы густого тумана, всякие нелепые измышления, И мы, рабочие стройотряда, подвернулись им весьма кстати – в качестве публики. Я, насколько это было возможно, протиснулся поближе и, вначале сам того не желая, стал прислушиваться к их нескончаемой напыщенной болтовне.


–!Никто больше не ступит в эту руину. !Ничто не заставит кого-то отважиться на Такое хотя бы еще 1 раз. Да и !зачем. Нечего там делать, пока Он остается там-внутри. Вы, если попытаетесь, тоже ничего не добьетесь. Разве что на !себя накличете беду. Мы-то знаем, о чем говорим. Хоть и предпочитаем помалкивать. Ничего с этим не поделаешь. До тех пор, пока тот-что-внутри не умрет & не будет погребен. Мы туда никогда не наведываемся. За каким !дьяволом. Хотя ни в комнате, ни в этом, с позволения сказать, доме !ничего не изменилось с тех пор, как мы в 1ый раз после упразднения границы побывали там. Да и что могло измениться в руине. Сами видите: пустые дверные проемы – беспризорные помещения – ошметки обоев струпьями поверх каменных стен – развалившиеся разбухшие покрытые плесенью и грибками и мхом остатки мебели – и все те же, не больше и не меньше, чем прежде, селитряные испарения, встречающиеся только в руинах –: Всё, как вы видите сейчас & каким оно было и раньше=всегда. Ничего, по сути, не изменилось. Так мы думали до недавнего времени. Пока еще раз не подошли к нему & не посмотрели – –

К плесневелому гнилому матрасу, на котором он лежал с самого начала – бездвижный ?сколько времени – и без единого слова, только это ужасное прерывистое дыхание, которое, делаясь все реже И тише И тише, становилось дыханием умирающего – И, как бы вам объяснить, даже для умирающего казалось уже чересчур тихим, чересчур редким, как если бы звук этот, проходящий сквозь него, давно превратился во что-то отличное от человеческих звуков..... –!Сколько раз ждали мы окончания этого – все-таки – признака продолжения жизни и думали: !Вот !наконец !Теперь он отмучался, – И потом снова слышали, еще более тихое и безжизненное, страшное дыхание человека, который, похоже, не могёт умереть..... –И так оно продолжалось, с этим ужасным звуком, который, словно сам был=тьмой, сгущался меж каменными стенами; И продолжается до сих пор, и будет продолжаться дальше: такое вот умирание без конца, подыхание под лупой времени ?кто-знает, долго ли – –

–Так мы думали, пока сюда, в эту зловонную руину посреди безымянного безжизненного поселка не явились вы. Но, как бы вам объяснить, именно перед вашим появлением мы вдруг в1ые открыли невообразимое, то, о чем никто из нас и не думал, что такое бывает. И с того момента, который, может, отстоит от теперешнего всего на пару минут, а может, на часы и часы, дни и дни – !чтó значит время у края смертного одра – с тех пор, в общем, никто из нас больше не ступал в эту руину & вообще в это место. !Ничто не заставит нас отважиться на Такое хотя бы еще 1 раз. –А вы – вам бы тоже лучше туда не соваться. Это как в дурном сне, который никак не кончается, в котором каждое пробуждение оборачивается новым кошмаром. И мы бы охотно поверили, что спим и видим сон, если бы не мушиная вьюга..... : не эти липкие точки, которые сине-черным вихрем со зловредным жужжанием бросаются от него на каждого входящего; & если бы не запах, от которого перехватывает дыхание: аммиак моча перебродившее-говно & сладковато=порочное, запах разлагающейся человеческой плоти & гниющих внутренностей : запах, который, как бы вам объяснить, уже сам по себе обладает чем-то тлетворно-телесным и, будто пластичная масса, сразу обволакивает всех, находящихся поблизости, как если бы тот-что-внутри хотел отравить все живое, чтобы оно, безо всяких различий, уподобилось ему & тоже стало тем, что порождает эти испарения: а порождает их он, мертвец, который не может умереть, без-смертный труп, чудовищно медленно разлагающийся – –


Из их болтовни, к которой я, сам того не желая, прислушивался, и даже дольше, чем намеревался сначала, я так и не составил себе связного представления о том, чтó же все-таки здесь происходит. Я понял только, что в одном из разрушенных строений еще живет кто-то, точнее, влачит растительное существование, – всеми забытый, безымянный умирающий. И, очевидно, человек этот, хотя все=они полагают, что он умер, на самом деле !никакой не мертвец. Или, напротив: как ни невероятно, а все же из болтовни местных жителей как будто бы вытекает, что им довелось стать свидетелями странного явления, превосходящего то, что до сих пор знали о мертвых, – а именно, что у них и после смерти продолжают расти ногти&волосы : Здешний же труп, понял я из дальнейших пересудов крестьян, на своем смертном одре шевелится & совершает хватательные движения – как !живой. Это и было тем «чудовищным», что они, жители поселка, якобы недавно увидели & из-за чего !Ничто не могло заставить их сунуться в руину еще раз. Ибо, если я их правильно понял, в результате такого шевеления, невероятного, но которое они, тем не менее, наблюдали, умирающий там-внутри с каждым своим вздохом, с каждым хрипом затрудненного дыхания казался все более !живым – –

От переводчика:

С благодарностью – всем участникам Немецко-русской переводческой мастерской (Штрален 2006), а также доктору Инге Лейпольд, Габриєле Лойпольд, Антону Нестерову, Святославу Городецкому, Александру Маркину, Юргису Нели, Алексею Медведеву, Дмитрик Волчеку и, особенно, Элине Драйтовой, чьей памяти посвящаю этот перевод.


 
Коментарі (1)
1 Субота, 25 Квітня 2009
Reinhard Jirgl
"Die Stille"

Додайте Ваш коментар

Ваше ім'я (псевдонім):
Коментар:

eurozine
 


Головна  Статті  Тексти  Переклад  Новини  Тема  Акції  Мистецтво  Лінки  Газета  Редакція  


Дизайн Олександр Канарський ©2007.
При використаннi матерiалiв сайту бажаним є посилання на prostory.net.ua