ГоловнаСтаттіТекстиПерекладНовини
ТемаАкціїМистецтвоЛінкиГазетаРедакція
Монік Швіттер: Яма - ПРОSTORY - український літературний журнал Монік Швіттер: Яма Марк Белорусец: Олег Лышега останется с нами - ПРОSTORY - український літературний журнал Марк Белорусец: Олег Лышега останется с нами Фрагменты из главы «Циркуль» романа «Перрудья» - ПРОSTORY - український літературний журнал Фрагменты из главы «Циркуль» романа «Перрудья»
Друкувати

Письмо Арно Шмидта, переводчика

 

Арно Шмидт (1914-1981) – книгочей и самоучка, классик интеллектуальной немецкой литературы ХХ века, авангардист и экспериментатор. Также Шмидт был замечательным переводчиком с английского, осуществил вместе с Хансом Волльшлегером перевод полного собрания сочинений Эдгара По, переводил романы Фенимора Купера, Эдварда Бульвер-Литтона, других авторов. О методологических проблемах перевода он писал в эссе «Тритон с зонтиком. Размышления о том, как сделать читаемыми „Поминки по Финнегану“» (1969).

В романе, который он считал важнейшим своим достижением, в «Сне Основы» (Zettelstraum, 1970), Шмидт вкладывает в уста главного героя, переводчика Дэна Пагенштехера, слова (подчеркивание Шмидта):

Для «человека 20-го столетия» есть 1 – (и только=1) – смертный грех…: быть недостаточно начитанным! Потому что «книги» суть нечто большее, чем просто распиленный на бесполезные=тонкие диски сосновый чурбан : они суть «почки на древе нашего мира»!

Что мог бы пожелать Шмидт нынешним переводчикам? Кажется, это не риторический вопрос. Ведь еще в раннем, не публиковавшемся при жизни рассказе «Беседы поэтов в Элизиуме» Шмидт описал утопическую страну блаженных, которую можно назвать «суммарной памятью человеческого рода». Наряду с писателями, учеными, философами в Элизиум попадают и немногие истинные читатели (а переводчик, как неоднократно подчеркивал Шмидт, тоже является прежде всего читателем). Именно оттуда – из потустороннего Элизиума и из рассказа, где эта местность описана, – еще и сегодня доносится до нас узнаваемый с первых произнесенных слов голос Арно Шмидта, его панегирик ЧИТАТЕЛЮ:

Конечно; ибо, чтобы по-настоящему узнать писателя, требуется много всего : много любви, много знаний, много терпеливых поисков. Всегда будет у читателя желание узнать и личность автора; от книги пробиться к самому писателю, чтобы стать еще ближе к нему, добиться большей доверительности. Чтобы могли возникнуть совершенно необыкновенные дружеские отношения, через века : ради этой радости, ради этих друзей ты отдавал себя!
Правильно! Итак, первая необходимая предпосылка, похоже, заключается в том, чтобы найти себе подлинного брата по духу. Все другого рода усилия неизменно обречены на провал.

 

Баргфельд, 4.1.1963
В издательство «Ровольт», Генриху Марии Ледих-Ровольту

Глубокоуважаемый господин Ледих!

Итак: теперь, стало быть, праздники с их официальными визитами остались позади, и я наконец-то могу сообщить вам, чтó думаю относительно наших переводческих проектов.

А) НАБОКОВ: – ну, предложенный гонорар, конечно, не настолько велик, чтобы переводчик жировал, но подискутировать тут есть о чем (попытаюсь добиться маленьких бонусов: так сказать, «виски за счет заведения», и большого собрания сочинений МУЗИЛЯ у меня пока тоже нет. Посмотрим...) / В любом случае, договориться об этом можно было бы. Однако с тех пор как я узнал, что господин НАБОКОВ понимает «100 слов по-немецки» и хотел бы, заглядывая через плечо переводчику, то бишь мне, задавать направление моему перу, – с этого самого момента я смотрю на «Бледное пламя» гораздо более скептическим взглядом! А когда я вижу (надеюсь, Вы процитировали точно), что он предлагает перевести первое двустишие так:

Ich bin der Schatten von dem Seidenschwanz,
ermordet durch des Fensters falschen Glanz...

[Я – фантом от того свиристеля,
что убит лживым блеском окна...]

Вы уж, пожалуйста, намекните ему по-дружески, что даже в кругах привыкшей к халтуре немецкой богемы такой перевод вызовет разве что злорадный хохот. Ведь (не говоря о том, что упомянутые вирши, хотя в них и встречаются отдельные «проблески», в целом представляют собой третьесортный фабрикат) по-немецки здесь нужно употребить: прошедшее время, то есть не Ich bin («Я – ...»), а Ich war («Я был»); не Schatten («фантом»), а Schatte («тень», что ближе к имени главного персонажа Шейда, Shade, и еще отчетливее отсылает к «привидению»); вместо беспомощной конструкции с предлогом и родительным падежом («фантом от того...», von dem) нужно сказать просто: «Я лишь тень того свиристеля» (jenes); а вместо ermordet («убит») хороший переводчик в этом случае сказал бы ermeuchelt («коварно убит»), благодаря чему совсем в ином свете предстало бы столкновение этого лукавого техноидного пернато=примата с умонепостижимой стеклянной стеной (и мы обошлись бы без набоковского словечка «лживый», смысл которого уже содержится в слове ermeuchelt, зато вмонтировали бы не переданное переводчиком слово «синь»); и т. д., и т. д.

Я не хочу сказать, что сам я непогрешим. Я готов, по указанию господина Н., найти все изысканные аллюзии, которых поначалу не заметил, & ввести их в текст; однако в «трудной немецкой мове» я разбираюсь лучше, чем он; и в договоре на перевод – это мое непременное условие! – должен быть такой пункт: что последнее решение остается за мной. (А просматривать всю книгу строчку за строчкой – примерно так, как я выше разобрал для Вас два стиха – и позволить ему заболтать меня до смерти, от этого я отказываюсь: у меня найдется, чем заняться, помимо того чтобы обучать уму-разуму этого русско=американского недоросля). Вы можете смело пообещать ему, в порядке компенсации за несостоявшуюся проверку моего сочинения, что перевод получится лучше оригинала. Конечно, как это ни дико звучит, может оказаться, что он, автор=бестселлер, уже закоснел в привычке с мечом в руке диктовать условия (Вы, очень осторожно, даете мне это понять), – так вот, если такая неприятная возможность «наличествует», я тотчас отошлю Вам «Бледное пламя» обратно! –

Б) …..теперь что касается прилагаемого мною ГОВЕРа: я не в состоянии (вовремя) справляться со всем на свете. – Вы, вероятно, слышали, что мне предстоит перевести для издательства ГОВЕРТС полное собрание сочинений Эдгара ПО; остается ударить по рукам, и я могу приступать хоть завтра – а когда передо мной встает выбор между ГОВЕРом и ГО=ПО=ВЕРТсом, я, само собой, говорю первому из них: ГОвер=ВЕРТайся=домой! / Но я хотел бы предложить Вам для этой работы первоклассного переводчика, который только что перевел для издательства НАННЕН толстенную книгу про негритянский сленг, причем перевел замечательно – я потому так уверенно об этом сужу, что сперва книгу намеревались отдать для перевода мне, но Наннен предложил настолько заниженный гонорар, что я даже не рассматривал такую возможность, – так вот, речь идет о господине Хансе Волльшлегере; правильно, о том самом, чья рукопись сейчас находится у Вас. Он тоже может очень хорошо сделать эту работу, и он человек молодой & старательный. / (Вы, кстати, уже заглядывали в его книгу? Если да, то, наверное, заметили, что в качестве «второй модели для прочтения» там спрятан ФАУСТ – современная Вальпургиева ночь в большом ресторане описана просто роскошно! Особенно если учитывать, что я имел честь лично познакомиться с «Мефистофелем»; знали бы Вы, кто его прообраз, Вы бы уже из-за одного этого тотчас напечатали роман – только не говорите Волльшлегеру, что я напал на след реального прототипа Мефистофеля. Лучшим подходом к книге – не помню, писал ли я об этом уже в первый раз, когда рекомендовал ее Вам, – мне представляется кружной путь через «Четвертую главу» – кажется, она называется «Триангуляция»? – где меня сразу убедили изысканные ландшафты.) / В любом случае, Волльшлегер, как автор, – это многогранно-полезный человек; и я рекомендую его Вам также в качестве хорошего переводчика.

***

К сожалению, я вынужден Вас немного побеспокоить: не могли бы Вы как можно скорее дать мне ответ касательно «фалло=казуса НАБОКОВА?» Я должен сообщить ГОВЕРТСУ свое окончательное решение относительно перевода сочинений Эдгара По, причем в ближайшие дни. Если Вы не исключаете, что мы «все-таки» могли бы прийти к какому-то соглашению по поводу «Бледного пламени», то, наверное, проще всего было бы прислать ко мне на часок-другой одного из Ваших уполномоченных (разумеется, я буду рад видеть и Вас=самих, если Вы не побоитесь здешних сибирских морозов).
А пока остаюсь (с повторной просьбой о несвойственных коммерсантам темпах работы!)
глубоко уважающим Вас:

Писано в НАШЕМ увеселительном заведении, в Баргфельде:
[...]


Предисловие и перевод с немецкого Татьяны Баскаковой

 

Текст публікується з люб"язного дозволу Фонду Арно Шмідта

 

 

Додайте Ваш коментар

Ваше ім'я (псевдонім):
Коментар:

eurozine
 


Головна  Статті  Тексти  Переклад  Новини  Тема  Акції  Мистецтво  Лінки  Газета  Редакція  


Дизайн Олександр Канарський ©2007.
При використаннi матерiалiв сайту бажаним є посилання на prostory.net.ua